продавщицы-отбились

Рассказ. Алексей Бихтер. «Беседы с Платоном и Аристотелем»

— С хуя ли?

— Да, так…

И Платон ушёл.

А потом зашёл Аристотель. Вообще неплохо, когда они пересекаются у меня на кухне. Сразу начинается казуистика, если Вы понимаете, о чем я.

Но сегодня я как-то к ней не был готов, поэтому хорошо, что они не встретились.

Аристотель сначала тихо посидел, потом пошел к холодильнику. В наличии были яйца, укроп и книжка-раскраска, которую кто-то положил в морозилку. «Негусто», — пробормотал Аристотель и стал готовить яичницу.

Какая сволочь положила книжку-раскраску в холодильник? Платон? Непохоже на него.

— Я это есть не буду, — сказал мне Аристотель и показал на сковородку. Одно яйцо растеклось.

— Ладно, оставь, — Аристотель всегда ест только глазунью.

А эту раскраску я искал еще месяц назад, когда хотел подарить ее на день рождения племяннице. И какая же сволочь… Стоп! У меня же нет племянницы, и ни сестер, ни братьев. Вот она, казуистика-то…  Попёрла.

— Я с тобой один вопрос хотел обсудить.

И тут зазвонил телефон. Я пошел длинным коридором вглубь. Плохо, когда твоя квартира – проходной двор, найти что-либо невозможно.  Я ходил долго, даже за шкаф заглянул. В каждой точке квартиры, казалось, что телефон звонит максимально далеко. Это было ново, и я остановился. Значит, есть точка внутри моей квартиры, максимально удаленная от каждой отдельной точки моей квартиры. И если ее найти, найдется и телефон. Вот так просто. Наконец, звонок перестал, и я вернулся на кухню. Сковородка была пустая и стояла грязная в раковине, типо, я поел, а ты помой. А еще этот ханжеский Аристотель мне вкручивает, что он обычную яичницу не ест. Сноб!

— Какого хуя?!

— Это не я, это Коля.

Аристотель сидел спокойно и, высунув язык, закрашивал зайчика в раскраске синим цветом.

— Коля бы помыл.

— Сказал, торопится. Зайдет позже и помоет. Ты же знаешь, я бы это есть не стал.

Ага, как бы не так, теперь меня не проведешь.

— Ты со мной поговорить хотел?

— Уже не хочу, — соврал я. Вообще-то, у нас была проблема, достойная обсуждения.

Аристотель перевернул страницу и стал закрашивать белочку в синий цвет. Перед ним лежал целый набор карандашей. Все синие. М-да, дела.

Но он своими синими зверюшками не собьёт меня. Лицемерие  Аристотеля просто выводило из себя. Что я ему прислуга, сковородки мыть?!

— Кстати, звонил Шопик. Скоро зайдет.

— Шопик!? Ну, я пошел. У меня еще дел по горло.

Аристотель собрал синие карандаши, взял раскраску подмышку и вышел через черный ход. Шопенгауэра старики не любили. Да, и вообще его никто не любил. Бедный Шопик.

Делать было нечего, и я помыл сковородку, твёрдо решив, обиду затаить и припомнить ее при случае Аристотелю. Еще и раскраску мою взял, барыга.

В квартире наступила неожиданная тишина.

Где-то в комнате шебуршались мыши. Капала вода в ванной. Соседи сверху лениво бранились. Тишину прервал пронзительный дверной звонок. «До чего же мерзкий у меня звонок дверной!» — подумал я и пошел открывать. И вот самое неприятное, что сделать ничего нельзя. Не будешь же менять звонок, только потому, что он мерзкий. Вот, например, если бы он не работал, это другое дело. А когда он работает весьма исправно, звонит и днем и ночью, тогда вроде, как и нет причины никакой.

В дверях стоял Николай.

Деловито отодвинул меня и пошел на кухню.

Я пошел за ним.

— Кто вымыл? – спросил Николай.

— Я вымыл.

— Должник я теперь твой.

Мне стало неловко. Ведь Николай от слова не отступит. Будет выжидать и при первой возможности отплатит добром. Очень неловкая ситуация. Да еще я Аристотелю не поверил и выгнал его с раскраской.

— Да, ладно, — вяло возразил я.

— Нет, не ладно, Дмитрий. Нет, не ладно. Мы, Бердяевы, никогда добра так не оставляли.

Другого от него и не ожидал.

— Как старики?

— Да, ничего старики, держатся.

— Что-то я Платона давно не видел.

— Утром заходил. Действительно редко стал бывать. Есть причина.

— Причина? Потом расскажешь. Идти мне пора. Дела. Мысль надо двигать.

И ушел своей решительной походкой через черный ход. Опять воцарилась относительная тишина, но покоя не было.

Захотелось есть. Я знал, что Николай доел последние яйца, но ведь укроп-то должен был остаться. Интересно, а сколько калорий в укропе, и может ли взрослый человек вроде меня прожить целый день на одном укропе. Вот это настоящий научный эксперимент, а не то, что Ваши философские измышления. А главное, ставится эксперимент на себе, а не на «эго, толпах, разуме в виде облака» и т.д. Берешь укроп и ешь всухомятку – вот это наука. Я даже приободрился как-то от этих мыслей.

Открыл холодильник и обомлел. Тот был полон. Ну, не то, чтобы полон, но там была а) банка зеленого горошка, б) нарезка, в) еще одна банка зеленого горошка. То есть полноценный обед взрослого человека. А ведь это еще не считая укропа! «Николай!» — подумал я.

Вся картина сразу стала ясна. Николай заходит через черный ход, видит яичницу и Аристотеля. Торопится, хочет съесть яичницу. Спрашивает Аристотеля: «Чья?» Тот рисует, говорит: «Хочешь – ешь!» Коля ест, говорит: «Сейчас тороплюсь, потом вернусь, помою» и уходит. Понимая, что съел мои яйца, покупает мне обед, возвращается. Пока я плетусь по коридору, кладет обед в холодильник. Но сковородка вымыта мной, и он снова мой должник. Замкнутый круг.

Тяжело с этими философами. Интересно, но тяжело. Вот взять Бердяева – ну, ничего плохого про него сказать не могу, но в общении сложен. Деликатно с ним нужно, очень справедливость чувствует. Как почувствует, что к нему хорошо, так и норовит сразу «отплатить добром». Его собственное выражение. Но и плохо к нему нельзя. Во-первых, не за что, а во-вторых, так и обидеть хорошего человека можно. Со стариком Аристотелем по проще. Тот тихо сидит, и в целом вменяемый старик. И не скажешь сразу, что великий античный философ. Но с другой стороны, запускать его нельзя, присмотр за ним нужен. В прошлом году после одного из споров с Платоном Аристотель залез в чулан, и жил там неделю, пока мы не спохватились и не нашли его. Был он практически при смерти, но вылезать не хотел, упирался. В итоге, конечно, вытащили старика, но осадок остался.

Спор между великими тогда шел о Диогене. Помню, Платон орал, что ему, Аристотелю слабо. Вот тот и залез в чулан, и если бы нелюбимый всеми Шопик не спохватился, мы бы старика потеряли. Платону стало стыдно, и он пошел в магазин за кефиром.

Аристотель лежал на кровати молча, а когда Платон вернулся с кефиром, сказал:

— А была бы бочка, и в бочку бы залез.

Платон прослезился и обнял его.

В тот вечер долго сидели на кухне вместе впятером, пили кефир и заедали свежим батоном.

Молчали.

Шопенгауэр попытался было начать обычную казуистику, но Платон сурово прервал его. Не время!

И правда, не время.

После разошлись, оставив Аристотеля у меня. Я постелил ему в гостевой и включил ночник. Старик спал тихо, как младенец, и только борода его мерно покачивалась в такт дыханию.

«Глыба», — подумал я, засыпая.

Платон стал заходить ко мне первым. Потом уже он привёл всех остальных, сначала Аристотеля, потом Колю. Шопик сам повадился, хотя его никто не приглашал, но терпели. По умственным возможностям старики считали его так, горлопаном, хотя и признавали, что на безрыбье он, возможно, кое-что из себя представляет.

Я видел, что Платон меня выделяет, позволяет себе такую откровенность, какую допускал только с Аристотелем, а с Бердяевым и Шопенгауэром – никогда. Я-то думаю, что Платону тесны были рамки философии, иногда хотелось ему быть проще как-то, построгать например, в картишки перекинуться, телевизор посмотреть, то есть сделать что-то такое, чего Аристотель не понял бы, Бердяев побрезговал, а Шопенгауэр постыдился. Я чувствовал, что время от времени казуистика казалась ему пустой. В парадной на лестнице кто-то нацарапал: «Казуистика – херня!» и я был уверен, что это Платон. На следующий день надпись старательно замалевали, и я был уверен также точно, что замалевал Шопик. Вот уж, кто без казуистики жить не мог.

Короче, несмотря на разницу во всем, я мог, наверное, сказать, что Платон мне друг. Особенно после сегодняшнего разговора. Ведь об этой новости он даже  Аристотелю еще не говорил.

Я открыл горошек и нарезку и, не разогревая, пообедал. Половину нарезки и вторую банку горошка оставил на завтра. Платон и Аристотель придут голодные. Если не придут, сам съем. Кормить Колю было опасно, так как он тогда стал бы моим двойным должником, и мог бы выкинуть фортель. Например, полы мне помыть, как он уже однажды сделал. Вот неловко было.

Прихожу, Бердяев на карачках с тряпкой по моей кухне ползает. Тряпку отобрать не удалось. Пока он домывал, я сидел в комнате и испытывал стыд. Потом выпили коньяка вдвоем. Полегчало.

За окном сгущались сумерки.

За окном гудели машины.

За окном шёл снег.

Было чертовски красиво и хорошо.

Никто больше не приходил.

Снилось странное. Мы все медленно идём по длинному коридору. Впереди я, за мной – Платон, дальше Аристотель, Бердяев и Шопенгауэр. «Быстрее, быстрее», — шепчет мне на ухо Платон. Я пытаюсь идти быстрее, но ноги скользят. «Одного съели», — шепчет мне на ухо Платон, и я понимаю, что Шопенгауэра больше нет с нами. Мы идем дальше. «Дмитрий, не могли бы Вы идти быстрее, а то меня сейчас съе..», — кричит мне Бердяев. «Колю съели», — говорит мне на ухо Платон. Я почти бегу по темному коридору. Никто больше мне  ничего не говорит. Я все бегу дальше, и наконец, понимаю, что остался один. Платона и Аристотеля тоже незаметно съели. «Съели! Съели!», — проносилось у меня в голове. — «Как горошек!»

— Горошек у нас сегодня на завтрак, коллега.

— Для пищеварения не очень с утра.

Я проснулся в холодном поту. На кухне раздавались спокойные голоса Аристотеля и Бердяева. Они готовили завтрак.

В дверном проёме показалась седая голова:

— Дима, ты завтракать с нами будешь? Я тут горошек твой открыл.

— Сейчас встаю.

— Вот и славно. Коля! – крикнул Аристотель на кухню. – Дели на троих!

Я умылся и причесал волосы в идеальный пробор. Субъективно идеальный, так как зеркала в ванне не было. На кухне Бердяев делил горошек поштучно, раскладывая на три тарелки. Еще один чудесный день.

Аристотель в парадной тоге, сшитой из моих тюлевых занавесок, сидел во главе стола и бодро насвистывал.

— Дмитрий, как спалось?

— Паршиво.

— Бывает, — Аристотель сочувственно покачал головой. – А я вот спал, как младенец.

— Где сегодня? – спросил Бердяев.

— В отличном месте. Нашел замечательный чердак в двух кварталах отсюда. Крыша не течет, относительно сухо, и крыс мало.

— Оставался бы у меня. Вон комната пустая стоит.

— Не хочу стеснять, — просто ответил Аристотель.

Бердяев закончил делить горошек и пододвинул нам тарелки. Запивали кипятком.

Голова постепенно светлела.

— Дмитрий, да от тебя сияние исходит! – воскликнул Бердяев.

Так, стоп! Какое сияние?

Вот и Бердяев сидит, горошек ест тихо.

Значит, показалось.

Но голова действительно светлая, кипяток на нее хорошо подействовал.

Люблю я завтракать в такой кампании. Оба кажутся такими простыми, но только с виду. Вроде, едят зеленый горошек из баночки, как все остальные люди, но как это обманчиво. Вот и Платон, тоже не строит из себя двигатель античной мысли, а ведь монументален старик, что тут говорить. И нет в этом у всех трёх какой-то показухи, что мы, мол, с простыми людьми во всём, но сами-то мы ого-го-го, кто такие. Ничего такого, и главное —   это у них естественно выходит – мыслить. Вот сидишь рядом и понимаешь, что они сейчас едят завтрак, но и мыслят параллельно, не выпячивая нисколько процесс, лоб не морща, в затылке не чеша, как делают это всякие показушные мыслители.

Да, и Шопенгауэр, кстати, не брезгует.

За завтраком речь о Платоне, вернее, о его отсутствии, не зашла. «И слава богу», — подумал я. О Платоне мне необходимо было поговорить с Аристотелем наедине, потому что вопрос был очень деликатный.

Честно говоря, за завтраком речь вообще ни о чем не зашла. Доели молча, вдумчиво. Мыслительное напряжение было очень высоко и чувствовалось в воздухе, но в слова не вылилось. Обычно искрой выступал Платон, который любил диалоги, а не мысль-в-себе, или Шопик, который просто любил потрепаться. А вдвоем Николай и Аристотель думали молча.

Наконец, Аристотель сказал:

— А в ресторане на углу, когда остается, повар мне лишнее выносит.

Помолчали, обдумывая.

— Ну, я пошел.

Аристотель поправил тогу из тюля и встал из-за стола.

— Я провожу тебя.

Подавая ему ватный тулуп в прихожей, я сказал:

— Приходи попозже. Разговор есть. О Платоне.

Аристотель ничем не выдал удивления, а возможно и не удивился. Посмотрел на меня из-под седых бровей, улыбнулся и ушел.

На кухне Бердяев мыл тарелки.

— Николай, не стоит. Я помою, — вяло запротестовал я.

— Дмитрий, мне не трудно. Мы, Бердяевы, не какая-то там белая кость.

Да уж, знаю, знаю.

— Представь, зашел вчера в книжный. Смотрю, переиздали мою книжку «Душа России». Начал читать — знаешь, давно не перечитывал – неплохо написано! Если бы сейчас писал, изменил бы совсем чуть-чуть. Есть, конечно, глупости, есть. Ну, а как без этого?! А если того же Платона почитать с его идеализмом, тоже знаешь, некоторые места смех вызовут. Но никто же не смеется. В целом, порадовал я себя. Ты читал «Душу»?

— Нет, не пришлось как-то, — мне стало неловко.

— Ты почитай. Мне твоё мнение важно.

— Я в том деле э-э-э… Профан.

— А это ничего. Все мы, Дмитрий, профаны. И кроме того, я же для простых людей пишу. Мне важно их мнение, твоё. Понимаешь?

— Понимаю, Николай. Будет время, я обязательно…

— Извини, Дмитрий, ты же человек занятой, практический, а я тут к тебе со своими глупостями, книжками. Ты прости меня, эгоиста.

Мне стало совсем неловко.

«Занятым» меня назвал, «практическим». Надо будет прочитать его книжку. Обязательно.

Выпили вдвоем коньяка. Полегчало.

— Ладно, Дмитрий, я пойду.

— Ты заходи, Николай.

Расстались хорошо.

Надо было и мне идти.

Но сначала посидел, обдумал, чего раньше не было. Это философы влияют. Раньше бы мог просто встать и пойти, а сейчас уже не могу без мысли. И тяжело это и приятно. Более того, периодически и в казуистику тянет вступить, но сдерживаю себя. Кто ты и кто они?! Бывало, Платон посмотрит по-отечески, и так и тянет после этого в бой, сказать какую-нибудь глупость в ответ Шопику на наших вечерних заседаниях. Но пока сдерживаю внутреннюю эту мощь. Делаю вид, что рисую, или мышеловки ставлю, то есть я тут так, по хозяйству куропчу, не обращайте внимания. Но Платон чувствует, Платон всё чувствует.

Вышел на улицу. Снег развезло, грязь кругом, извозчики… Извозчики?! Какие на хрен извозчики!

Стоп.

Вышел на улицу. Снег развезло, грязь кругом, машины едут. «Зима», — невольно подумал я, направляясь к продуктовому. Надо купить яиц (их все едят и любят), хлеба и укропа, но не только.

В магазине днем толпа пенсионного возраста. Один я молодой и сильный. Бабушек растолкал и пробился к еде ближе.

— Мне девять яиц.

— У нас только десяток.

— Мне нужно девять.

— Написано же русским языком – десяток яиц!

Рассматриваю продавщицу внимательно. Вот это страсть в голосе. Всё понятно.

— Говорю Вам, милая, у меня всё рассчитано. Нужно девять.

Бабушки, отторженные мной от еды, зароптали.

Но у меня и правда всё рассчитано: два — Аристотелю на глазунью, два – Николаю, два – Шопенгауэру (он их взбалтывает и сырьем пьёт), по полтора —  мне с Платоном. Запас ровно на три дня. И куда мне десятое? Ни туда ни сюда.

— Вы что – идиёт?!

Так и сказала – «идиёт».

Бабушки зашептали эхом: «Идиёт, идиёт!»

— Ладно, давайте десяток.

Она фыркнула и дала.

Потом твердо решил прочитать Колину книжку и направился в книжный. Яйца в мешке позвякивали, и хлеб приятно оттягивал руку. Проезжающая машина забрызгала меня жижей, но настроения не испортила. Среди книг было хорошо. Продавщица в очках нашла мне Бердяева. Я прочел абзац, а потом получил по плечу дружеский, но тяжелый удар.

Сзади стоял Шопенгауэр.

— Тмитрий! Гуттен таг. Фот не знал, что фы читаете книги. Пердяефф? Ай-ай. Русский идей себя исчерпать. А фот майн сборник фозьмите. Фозьмите, фозьмите, я платить за оба.

И правда оплатил оба, всучил свою книжку и увязался.

— Как старики? Как Платон, Аристотель? Что Николай? Гут? Нофые идеи? Что? И без меня. Ай-ай. Как без запатной мысли, которую я собой предстафлять. Нихт.

— Приходят, уходят, меня не спрашивают, — попытался я оправдаться.

— Тмитрий! – Шопенгауэр посмотрел на меня сквозь пенсне подозрительно. – Тмитрий! Фы есть лукафить! Фы только с фиту простой. Йа, йа, я фас раскусить тафно. Фы как хотеть, но иду с фами.

И действительно пошел со мной, осел в гостиной и стал ждать других.

«Что же делать-то с тобой, ослина», — подумал я. С минуты на минуты должен был прийти старик Аристотель, а при Шопенгауэре мне с ним говорить было нельзя. Но тут в голову пришло.

Я прокрался на цыпочках к двери гостиной и аккуратно закрыл ее на ключ снаружи. Запер мыслителя. Совесть кольнула в ребро, но не слишком, и я стерпел. Так же тихо я открыл наружную дверь и стал ждать старика на лестнице.

Прошел час.

Прошел еще час.

Я замёрз. Два раза подходил к двери гостиной, но Шопик сидел тихо и напевал: «Ах, мой милый Афгустин, Афгустин, Афгустин».

Я проклял Платона, себя и Аристотеля, который всё не появлялся.

Обессилев, я закрыл дверь, и пошел на кухню согреться кипятком. На кухне сидел Аристотель и закрашивал в раскраске домик синим цветом.

Я вздохнул и сел рядом.

Поговорили.

Когда Аристотель ушел, я тихонько выпустил Шопенгауэра из гостиной, но он так и не заметил заточения.

— Тмитрий, фитимо, сегодня тайм-аут философской мысли. Йа. Хорошо сказал? Гут? Тайм-аут философской мысли.

И записал себе на бумажку, чтобы не забыть.

Снова опустело.

Решил, раз есть время, почитать Бердяева и Шопенгауэра. Общаюсь все-таки с ними каждый день, а трудов не читал. Особенно перед Николаем неудобно. С него и начал.

Мировая война остро ставит вопрос о русском национальном сознании.

Я решил читать вдумчиво, поэтому после первого предложения посидел, сдвинув брови. В голову ничего похожего на мысль не пришло. Попытался проанализировать прочитанное. Вспомнил школу. Учительница спросила бы: «И что ты понял из этого предложения?» Вроде, все слова отдельно знакомы, но вместе в понятный смысл не складываются. Двигаться ли дальше, если начало не понято? Пожалуй, нет. Взялся за Шопенгауэра.

Аристотель разделил блага человеческой жизни на 3 группы: блага внешние, духовные и телесные.

Оп-па! Сразу старика приложил, с первой строчки. Ай да, казуист!

Далее, как и у Коли, пошло непонятно.

Посидел немного, сосредотачиваясь, повторяя про себя «ты сможешь».

И вдруг нашло – стал читать обе книги, не останавливаясь, понял всё и записал собственные заметки на полях, всё невысказанное в философских беседах на кухне. Как будто прорвало меня. Дверной звонок противно звенел, но я не открывал никому, а всё писал, писал. На обоях, на столе, на спичечном коробке, на полу. Закончил у кровати и упал в сон.

Приснилась сначала приятная женская рука на спине. Она гладила и почесывала мою спину, а я говорил: «Левее, ниже, сильнее», и рука выполняла все указания. Так хорошо мне уже давно не было. «Кто же ты, дева? Назовись!» — спросил я у руки. «Я нихт дефа!» — ответил неожиданно знакомый голос Шопенгауэра.

В ужасе я проснулся. Оказалось, что матрац лопнул, и пружина ласково впивается мне в спину.

Господи, прошу тебя, не посылай мне таких снов больше.

Пол у кровати, обои и стол были покрыты непонятными закорючками. «Всю квартиру кто-то загадил», — подумал я, но потом вспомнил, что я же в философском экстазе и загадил. И правда, бессмысленные каракули были и на спичечном коробке, и на полях книг.

Казалось, что я пишу что-то важное и умное, но только казалось. Куда тебе тянуться к философам, червяк?! Ты же инструкцию на супе быстрого приготовления понять не можешь. От этих горьких мыслей меня отвлекли мыши, вылезшие из моего матраса. Сначала одна, потом вторая. Покрутили остренькими мордочками, пошевелили усами и залезли обратно в матрас. Я взял из холодильника остаток вчерашней нарезки, один кусок съел сам, один запихал внутрь матраса для мышей. На душе стало хорошо. Никаких мыслей не было.

И всё же одна была – где Платон?

Он появился только в начале рассказа. Достаточно ли этого, чтобы удержать читательский интерес и соответствовать названию? Стоп! Что за бред!

Пронзительно зазвонил дверной звонок. Долго и призывно, тревожно и жизнеутверждающе. Я знал, что Платон услышал меня и пришел.

— А вот и я, — сказал он с порога. – Не ждал?

— Ждал, — ответил я. Так и было.

Обнялись.

— Ну, что видел?

— Видел.

— Ну как?

— Хороша, — это была не совсем правда, но по-другому я ответить не мог.

— А то! – сказал Платон с вызовом. – Ну, бывай!

— Зайдешь?

— Сейчас нет. Потом. Как Арик?

— Всё так же. Мыслит.

— Эх, старый мыслекрут, чтоб его Зевс покарал.

Обнялись. По мальчишески развивая тогу, Платон сбежал вниз, а я остался, понимая, как мне не хватает его. Аристотель, Николай – все они приятны мне и уважаемы, и даже Шопик приятен. Но без Платона не то… Не то без Платона.

Всем без него тяжело, не только мне. Совсем редко стал бывать. Оно и понятно. Любовь.

Помню, сам он тогда вызвался пойти купить яйца в продуктовый. Шопик с Николаем сцепились в смертельной казуистике, Аристотель наблюдал снисходительно и дипломатично вставлял в философский спор веское: «Ого! А-а… Ох, как ты его приложил! А что он на это скажет?» То есть поощрял молодёжь.

А Платону стало невмоготу слушать. Он возвысился над столом. Все затихли, ожидая худшего  — нрав Платона все знают – но старик, к его чести, сдержался:

— А яйца-то у нас есть для яичницы?

— Нет яиц, — подыграл я ему, хотя с утра было куплено.

— Ну, я выйду тогда куплю. Ты сиди, сиди. Мне полезно кости античные размять. – Это он мне сказал, хотя я и не пытался, понимая подоплеку.

Уж очень стало Платону тяжело казуистику эту слушать. Утомили молодые.

Он мог бы, пользуясь авторитетом, рубануть матерное, но понимал, ценил чужую философскую мысль. Хотя и не высоко ценил.

Вернулся тогда Платон изменённым. Улыбался мальчишески, Шопика по загривку потрепал. Яйца купленные все перебил по дороге, видимо, размахивал пакетом. Все посмотрели удивлённо, но вскоре вернулись к казуистике. Да и Платон в лучших традициях вступил в дискуссию, и всем стало легче, что он с ними вот так, на равных. Все расцвели, кипяточку заварили. Сделали большую яичницу, и хоть скорлупа на зубах поскрипывала, съели дружно.

А я понял тогда, что изменения глубины. Суть узнал позже, но сразу оценил масштаб. И не удивился, услышав, наконец, от Платона:

— Влюбился я, Дима. Влюбился, как последний древний грек. Бля буду! Не удивлен? Да, ты человек простой, близкий, понимаешь всё это простое дело. А что я нашим скажу?! Не поймут. Даже Аристотель. Он и в молодые годы в моей Академии не большой был до баб охотник, а сейчас-то и подавно – всё мысли да идеи. Сам я тоже стал забывать, что это такое. А тут, поднимаю глаза, и вдарило, Афродита ее в качель! Ну, я пакет с яйцами и уронил. Она как рявкнет: «Назад принимать не буду! Сам раскокал!» Горяча, что тут скажешь. Как говорится, глаза наши встретились… И тут меня оттерли от прилавка. У меня такого чувства не было сколько? Тыщу лет, понимаешь? Не образно выражаясь, тыщу лет, а вполне конкретно, — одну тысячу человеческих лет!

Я слушал.

Вот тут! Передо мной! Великий! Древний грек! Рассказывает мне, простому распиздяю, о самом сокровенном! Не Аристотелю, соратнику античной юности, не близкому по духу Бердяеву, не Шопенгауэру, какому-никакому, а великому немецкому философу, а мне.

Я слушал, а потом сказал:

— Понимаю, Платон. Между нами останется.

И такое единение наступило в тот момент. Любовь, одно слово.

Но после этого стал бывать всё реже. Когда заходил, улыбался мечтательно, но с ходом дней мрачнел. Дело не шло. И вот тогда я и решил поговорить с Аристотелем. Ведь легенда античной мысли чахнет из-за простой продавщицы гастрономического отдела. Надо было что-то делать, и нужен был совет по настоящему умного человека.

Слово нарушать не стал. Сказал Платону о сомнениях. Платон сказал:

— Сомнения? С хуя ли?

Я ответил уклончиво.

— Да так.

На том и разошлись.

Потом я поговорил с Аристотелем. Решили, действовать надо. Как действовать, не решили пока. Ни он не знал, ни я не знал.

Вообще, всё это мне ужасно не нравилось. И льстило, что оказался втянут в такие пласты философии, но и неловко было ужасно. Раньше я всё время в стороне находился. Придёт Аристотель через черный ход, глазунью поест, порисует, уйдёт. Также и с остальными. А тут такая нешуточная интрига наметилась, и я втянут. На Аристотеля надежда не большая, он по мыслительной части силён, а по практической помощи от него большой ждать не приходится. Вот и получается, что со всей Платоновой любовью мне одному придется разбираться.

Не хорошо.

День подходил к концу, я лёг с мышами. Они уютно хрустели нарезкой под матрасом. «Ужинают», — подумал я.

Господи, пошли мне сон легкий и приятный.

И приснилось следующее.

Я, Платон, Аристотель и Бердяев сидим за столом и ужинаем нарезкой, которую Николай давеча купил. Кухня вроде как моя, но вроде как и не совсем. Золотые канделябры вроде не мои, у меня отроду золотых канделябров не было. Зажжены свечи, парадный ужин. Платон в тоге, а Аристотель и Николай в светском – пиджаки, жилетки, бабочки. «Что празднуем?» — спрашиваю. Молчат, попискивают. Ну, молчат, так молчат. Значит, так надо. Повторять не стал. Смотрю, по комнате какая-то серая бечевка волочится. Батюшки! Да это же Колин хвост! И у Платона такой же, и у Аристотеля. Потрогал себя, и у меня. Выходит, все мы мыши. Мышиный ужин при свечах. Не знаю, как на это реагировать. Философы-мыши сидят спокойно, есть продолжают. «Ну», — думаю. – «И я тогда дергаться не буду. Я тут не главный, мне ли дергаться». И вдруг Платон-мышь прерывает молчание и говорит: «Съели всю нарезку. А вон в углу ещё лежит». Встаёт и идёт в угол, а хвост следом как живой волочится. А я-то вижу, что лежит эта нарезка посреди золотой мышеловки. Ни Аристотель, ни Бердяев этого не видят, едят сосредоточенно, только я и могу Платона спасти, но ни крикнуть не могу ни пошевелиться. А он между тем входит в золотую мышеловку.

С криком: «Нееет!» я проснулся.

Уф, ну и сон. Потрогал себя сзади, хвоста нет.

И к чему мне такая хуйня снится в последнее время?

Мыши почувствовали, что я проснулся, и успокаивающе зашебуршились в матрасе. Зашептали: «Спи, Дмитрий, спи. Мы за всем присмотрим». Я заснул снова и счастливо проспал без снов.

Проснулся с ясной головой. На кухне звучали знакомые голоса. Шопик и Николай играли в города.

— Сальцпург.

— Гомель.

— Сальцпург.

— Гаага.

«Странно играют» — подумал я.

— Сальцпург.

— Гамбург.

— Сальцпург.

Коля замялся.

— Йа ффыиграл! — крикнул Шопенгауэр в восторге.

Аристотель также сидел на кухне в безмолвии и читал книгу Бердяева, которую мне вчера Шопик в книжном купил.

— Дмитрий, — серьезно спросил он. — Это Платон написал?

— Нет, это ж Колина книжка. «Душа России» называется. Вон на обложке написано.

— Прочитал? — Бердяев просветлел лицом.

— А майн?- И твою прочитал.

— Я не про это, — Аристотель показал на мои каракули на полях.

— Вот эти подписи на древне-греческом кто сделал? Платон?

— Нет, это я сделал.

На древне-греческом? Разыгрывает что ли меня Аристотель? Непохоже на него…

— А йа есть всегда гоффорить, что Тмитрий найн прост, ох как найнпрост!

— Да, Дмитрий, на чистейшем древнегреческом, — задумчиво сказалАристотель.

— И что написано? — спросил Николай.

— Колбаса молочная — 5 гривен, колбаса сырокопченая — 7 с половиной гривен, куриное филе — 20 гривен.

— Глубоко… — сказал Николай.

— А на полу что? — спросил я.

— А на полу непонятно. Похоже, на древний арамейский, а я в нем несилён.

Древне арамейский?  Матерь божья, что же это творится? Я стоял по центру кухни, а философы смотрели на меня с разной степенью удивления. Николай — с радостным изумлением, Шопик — с скрытой за пенсне завистью, Аристотель — со спокойным выражением, что всё идёт ровно так, как надо.

— Ну, и что это за немая сцена? Именно с этими словами из черного хода появился Платон.

— Платоша! — воскликнул Аристотель.

— Шельмец! — воскликнули Платон

Николай и Шопенгауэр тоже воскликнули что-то приветственное, но их не расслышали. Я ничего не воскликнул. Все снова посмотрели на меня удивленно, пришлось издать звук.

— То-то, — погрозил мне пальцем Платон. Сели за стол. И мыши тоже пришли, и их посадили за стол со старшими. Но все-таки чувствовалось напряжение, недосказанность. Мы-то втроём всё понимали, а Бердяев, Шопенгауэр и мыши не знали ничего. Сидели и глазами хлопали.

— Надо, пожалуй, сказать и им, — Аристотель вопросительно посмотрел на Платон.

— А, пожалуй, и скажу, — с вызовом ответил Платон.

— А ты, Дмитрий, как считаешь?

Я потупился. Стыдно мне стало, а особенно перед чувствительным Бердяевым, что уже давно знаю и, что Платон у меня, простого червяка, их информационную судьбу решает. Ответил.

— Надо.

Все за столом затихли, и Платон сказал.

Воцарилась тишина, а потом все загалдели, не соблюдая никакой субординации.

— Цветы, и ухаживать по все правилам! — кричал Николай.

— В койку ее завалить без разговоров! — кричали мыши хором.

— Йа, йа! Фантастишь! — кричал Шопенгауэр.

Я посмотрел на Платона, и тяжело мне стало.

— Тихо! — неожиданно для себя крикнул я.

Все мгновенно затихли, и посмотрели на меня с удивлением. «Третий раз за одно утро», — отметил я.

— Платон, тебе надо сказать об этом не только нам.

— А кому еще? — удивился Платон.

— И ей. — Глубоко, — прошептал Бердяев.

— А ведь и правда, Платоша, — сказал Аристотель.

Помолчали. Накал мыслительный был в этот момент такой силы, что оконное стекло треснуло. Наконец, Платон сказал.

— Спасибо, Дима.

И мы пошли.

Платон шел впереди и его парадная тога из тюлевых занавесок развевалась на ветру. Рядом шагал верный друг и ученик Аристотель. Сосредоточенный и светлый лицом Николай шел рядом с мыслительным оппонентом Шопенгауэром. Последним шел я.

Старушки сами расступились, открывая путь к прилавку.

— Это чё такое? — поинтересовалась она.

Все молчали. Платон молчал, и философы молчали. Я понял, что сейчас произойдёт страшное, пробился вперед и сказал.

— Этот великий человек любит тебя, дура! Это ты понимаешь?

Она посмотрела на него маленькими заплывшими глазками, сказала «гы», и взяла Платона за руку.

Любовь.

 

[1] Казуистика – красивое, непонятное слово.

Comments
47 Responses to “Рассказ. Алексей Бихтер. «Беседы с Платоном и Аристотелем»”
Trackbacks
Check out what others are saying...
  1. … [Trackback]

    […] Informations on that Topic: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  2. … [Trackback]

    […] Read More: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  3. … [Trackback]

    […] Find More Informations here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  4. … [Trackback]

    […] Read More Infos here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  5. … [Trackback]

    […] Informations on that Topic: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  6. … [Trackback]

    […] Read More here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  7. … [Trackback]

    […] Informations on that Topic: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  8. … [Trackback]

    […] Informations on that Topic: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  9. … [Trackback]

    […] Read More here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  10. … [Trackback]

    […] Read More: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  11. … [Trackback]

    […] Find More Informations here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  12. … [Trackback]

    […] Read More Infos here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  13. … [Trackback]

    […] Read More here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  14. … [Trackback]

    […] Read More here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  15. … [Trackback]

    […] There you will find 4619 more Infos: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  16. … [Trackback]

    […] Read More here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  17. … [Trackback]

    […] Read More here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  18. … [Trackback]

    […] Read More here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  19. … [Trackback]

    […] There you will find 26853 more Infos: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  20. … [Trackback]

    […] There you will find 39089 more Infos: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  21. … [Trackback]

    […] Read More: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  22. … [Trackback]

    […] Read More here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  23. … [Trackback]

    […] Find More Informations here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  24. … [Trackback]

    […] Read More Infos here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  25. … [Trackback]

    […] Read More here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  26. … [Trackback]

    […] Informations on that Topic: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  27. … [Trackback]

    […] Read More here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  28. … [Trackback]

    […] Find More Informations here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  29. … [Trackback]

    […] There you will find 91425 more Infos: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  30. … [Trackback]

    […] Read More here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  31. … [Trackback]

    […] There you will find 63528 more Infos: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  32. … [Trackback]

    […] Informations on that Topic: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  33. … [Trackback]

    […] There you will find 90078 more Infos: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  34. … [Trackback]

    […] Read More: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  35. … [Trackback]

    […] Read More here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  36. … [Trackback]

    […] Read More here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  37. … [Trackback]

    […] Read More: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  38. … [Trackback]

    […] Informations on that Topic: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  39. … [Trackback]

    […] There you will find 31577 more Infos: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  40. … [Trackback]

    […] Find More Informations here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  41. … [Trackback]

    […] Read More Infos here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  42. … [Trackback]

    […] Informations on that Topic: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  43. … [Trackback]

    […] Read More Infos here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  44. … [Trackback]

    […] There you will find 76906 more Infos: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  45. … [Trackback]

    […] There you will find 95229 more Infos: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  46. … [Trackback]

    […] Read More: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]

  47. … [Trackback]

    […] Find More Informations here: f42community.com/рассказ-алексей-бихтер-беседы-с-плат/ […]



Leave A Comment

You must be logged in to post a comment.